Врон увидел, как плечо Ласки окрасилось кровью. Его сердце кольнуло острой жалостью, больше он уже не раздумывал.
Он понесся вниз по холму, по дороге убив одного из тех, что нападал на Ласку, и побежал навстречу тем, кто только начал подниматься вверх. Он зарубил шестерых, остальные скатились с холма и кинулись обратно к лошадям. Ласка убила тех двоих, с которыми она дралась, и подбежала к нему.
– С одной третью стражей мы разобрались, – сказала она, увертываясь от летящих стрел. – Пора покончить с остальными, а то они что-то не спешат к нам и слишком увлеклись стрельбой из лука. Ты со мной? – И Ласка помчалась вниз.
Врон недовольно покачал головой.
– Разумеется с тобой, – крикнул он и побежал вслед за ней.
Наемники вскарабкались на лошадей, но Ласку это не остановило. Всадники не могли маневрировать возле холма, где было набросано много камней, и лошади им не давали никакого преимущества.
Ласка высоко подпрыгивала, а ее мечи только мелькали, блестя на солнце. Она успела зарубить двоих лучников, прежде чем к ней подоспел Врон, а дальше все смешалось.
Он старался быть рядом с ней, прикрывая ее от лучников и от тех стражей, которые пытались напасть на нее со спины. Ласка была быстрой и ловкой, а стражи были не демоны и даже не полукровки и поэтому не могли соперничать с ней в скорости.
А если еще учесть, что Ласка была очень сердита, то исход боя был предрешен.
Врон убил высокого стража, который попытался пробиться к Ласке, размахивая тяжелым и длинным мечом, а потом погнался за Слипом.
Страж вскочил на лошадь и поскакал к лесу, и Врон только с сожалением проводил его взглядом, не желая бросать Ласку одну в окружении других стражей.
Вдвоем они убили еще пятерых, а еще трое сбежали на лошадях. Ласка вытерла окровавленные мечи об одежду мертвого стража и поймала двух лошадей.
– Дальше поедем, – сказала она. – Так будет быстрее, да и мясо лошадей потом сможет нам пригодиться.
Она сунула уздечки Врону и побежала вверх по холму к разрушенному зданию. Прижимая малыша к груди, она быстро спустилась с холма и запрыгнула на лошадь.
– Теперь нам надо отсюда уезжать, – сказала она. – Сбежавшие стражи приведут большой отряд, который находится где-то неподалеку.
– Откуда ты это знаешь? – спросил Врон, садясь на лошадь.
– Я чувствую, – ответила Ласка. – Слишком много сбежало стражей, они явно помчались за подмогой. Если бы отряда не было рядом, они бы бились до конца, таков их кодекс. Они поскакали по направлению к лесу. – И тут впервые за последнее время Врон увидел улыбку на лице Ласки.
– Чему ты рада? – спросил он.
– Просто сегодня я слегка отвела душу, – сказала Ласка. – Я же охотница за демонами, сражение – это мое дело. Это не чудеса и всякие странности, которыми ты занимаешься. А тут все просто: есть тот, кто хочет тебя убить,.и есть ты. Но с большим отрядом нам не справиться, поэтому надо уезжать отсюда. Я не хочу, чтобы с нами расправились так же, как с охотниками в монастыре.
Ласка пришпорила лошадь и помчалась еще быстрее. Врон с трудом успевал за нею, лошадь его плохо слушалась, к тому же в седле он чувствовал себя очень неуютно. Он боялся, что его тело высосет энергию из лошади, и тогда окажется, что он скачет на высохшей мумии.
Ласка не ошиблась – скоро Врон увидел пыль сзади. Их догонял большой отряд, но лес уже был недалеко, и они должны были успеть скрыться в нем.
Когда до леса остался десяток метров, Ласка спрыгнула с лошади и побежала к высоким деревьям.
– Жаль мясо, – крикнула она. – Но дальше на лошадях нельзя, от них остается хорошо видный след.
Врон догнал ее и побежал рядом. Ласка на бегу передала ему малыша.
– Рука ранена, – сказала она. – Боюсь, что могу уронить.
– Глубокая рана? – спросил Врон.
– Так, пустяки, быстро зарастет, – ответила Ласка. – Но двумя мечами я пока не смогу сражаться.
Врон оглянулся, перед тем как скрыться в лесу. Всадники мчались к ним на хорошей скорости, и уже можно было различить, что это стражи.
– В лесу им нас не догнать, – сказала Ласка. – Но я бы на их месте поскакала степью, пустив за нами пеший отряд.
– Почему? – спросил Врон.
– Стражи знают, что мы направляемся к горам, – ответила Ласка, пробираясь между кустами. – Просто потому, что больше нам некуда идти. С той стороны лес кончается бурной и широкой рекой, и мостов здесь нет, поэтому они знают, что мы туда не пойдем. А к горам они могут отрезать нам путь, если поскачут степью. Этот путь длиннее, но на лошадях они могут успеть, если будут скакать во весь опор.
– Понятно, – вздохнул Врон. – Значит, у гор нас будет ждать большой отряд.
– У нас есть варианты, – улыбнулась Ласка. – Мы можем заняться пешим отрядом, который последует за нами, если их будет не очень много.
– А если их будет много? – поинтересовался Врон.
– В лесу численность не играет большой роли, это не степь, – отозвалась Ласка. – Мы будем нападать на них и скрываться в лесу. Убьем многих, если не всех. У нас только одна проблема…
– Какая?
– Малыш, – грустно улыбнулась Ласка. – Один из нас должен быть постоянно с ним и не сможет сражаться, а оставить его в лесу мы тоже не можем. Поэтому сейчас для нас главная задача успеть к горам раньше всадников. А вот если не успеем, тогда уже будем думать. Кстати, дай мне ребенка, ему пора есть.
Врон передал малыша Ласке, та села на траву и дала малышу грудь.
– Я думаю, у нас мало шансов уцелеть, – мрачно сказала Ласка. – Мы все равно погибнем, рано или поздно. Жалко только малыша, он так и не успеет повзрослеть и понять, что этот мир жесток. Так и умрет в неведении.
– Мы должны разделиться, – предложил Врон. – Ты с малышом уйдешь, а я останусь и буду ждать отряд.
– Это не лучший вариант, – сказала Ласка. – Без тебя у нас совсем нет никаких шансов, дом древних не пустит нас в себя, а жить в лесу я не смогу. А если я появлюсь среди людей, то первая же ведунья отправит нас с малышом на костер. И не забывай, что около гор нас может ждать еще больший отряд.
– Можно спрятаться в дальних селениях.
– Ты просто еще не понял, – вздохнула Ласка. – У нас был только один дом, где мы, полукровки, имели право жить. Теперь, после нападения на монастырь мы вне закона: любой горожанин, страж или крестьянин может нас убить и за это получит только благодарность от благородных и, наверно, деньги. А ведуньи есть даже в дальних селениях. Поэтому мы не можем разделиться, мы вместе или будем жить, или умрем. – Она встала, улыбнулась малышу и привязала его к себе на грудь набедренной повязкой.
– Побежали дальше, – сказала она. – Я уже слышу голоса тех стражей, что идут за нами.
Когда стало темнеть, они дошли до края леса. Впереди между лесом и горами они увидели большой лагерь стражей.
Между кострами ходили часовые, отдельно паслись кони и стояли шатры.
– Как я и думала, они обогнали нас по ровной степи, – недовольно проговорила Ласка. – И они нас ждут. Если ты заметил, то часовые стоят ровной линией, перекрывая проход к горам. Ночью все равно попробуем прорваться. Люди плохо видят в темноте, а перед рассветом их будет тянуть в сон. Тот отряд, что преследует нас, тоже остановится на ночь. Сейчас они отстают от нас всего на пару часов. У нас есть маленький шанс остаться в живых. Главное, чтобы малыш не заплакал, тогда нас точно обнаружат и придется сражаться. А вот если мы не сможем прорваться к горам, то завтра нас уж точно убьют.
Врон вздохнул, продолжая рассматривать лагерь стражей– его ночное зрение позволяло ему примерно посчитать количество человек. Пересчитав лошадей, он понял, что стражей было около пятисот, может быть чуть больше.
– Их слишком много для нас, – сказал он. – Нам их не одолеть.
– Очень хочется есть, но придется потерпеть. – Ласка горько усмехнулась. – Я думала, что мы поедим в монастыре. Жаль, что пришлось бросить мясо, сейчас оно бы нам очень пригодилось. А про стражей не думай – они плохие воины, единственное, что дает им преимущество, это их количество. Я пока посплю. Мне нужно отдохнуть, чтобы быть в хорошей форме, да и плечо болит.
