Она нашла его на кухне. Он сидел, опустив голову на руки.
– Гай? Все хорошо?
– Что? – он поднял голову и удивленно посмотрел на нее.
– Мы можем поговорить?
– Нет! Я действительно должен ехать.
– Хорошо, я отвезу вас в аэропорт. И если вам надо ехать, поедемте!
– Франческа…
Ей нравилось, как он называл ее по имени. Так нежно, мягко.
– Не надо ничего говорить, Гай. Не надо никаких сожалений и извинений. Давайте просто забудем об этом. Ради памяти Стива.
Франческа читала по его глазам, что ему так же тяжело, как и ей. Что он тоже борется с чем-то, как и она.
– Если это то, чего вы хотите, – Гай поднялся на ноги. – Хорошо. Поедем.
Они ехали молча. Накрапывал дождь. И Франческа думала, что более зловещей тишины еще не было в ее жизни. Она так много хотела сказать Гаю.
Но не могла вымолвить и слова. Он женился на ней из чувства долга. Потому что таково было последнее желание брата. Потому что Тоби был сыном Стива и, значит, племянником Гая. И не хотел его потерять, как и брата. Все понятно. Он ведь не ожидал, что плюс ко всему ему бросится на шею стосковавшаяся по любви и ласкам одинокая женщина.
Когда они приехали в аэропорт и Гай взял сумку, собираясь уходить, Франческа смогла лишь произнести:
– Вы ведь будете себя беречь, да, Гай? Не сделаете никаких глупостей?
Он с грустью посмотрел на нее:
– Для этого немного поздно, разве не так?
– Это не…
– Я знаю. – Он провел рукой по волосам, выдавая свое волнение, дрожь в руках. – Мне очень жаль…
Франческа прервала его:
– Гай! Тоби…
– Он – ваш сын. И когда я сказал, что…
– Я только хотела сказать, что он будет тосковать без вас, – Франческа попыталась улыбнуться. Ей хотелось бы сказать: «И я буду тосковать без вас!», но она промолчала. – Только не пропадайте снова из нашей жизни. Из жизни Тоби.
– Я тоже буду скучать без него, – ответил Гай.
Но ничего не пообещал. Не пообещал, что не пропадет. – Если у вас появятся какие-то проблемы, сразу же позвоните в мой офис или Тому Палмеру.
О вас позаботятся.
– А кто позаботится о вас, Гай?
– Обо мне? Я не нуждаюсь в том, чтобы обо мне заботились.
– Но там, куда вы едете, опасно. Это действительно необходимо?
– Если я вам понадоблюсь, в офисе будут знать, где я.
– Ваш незаменимый секретарь?
– Он самый.
И прежде чем она успела что-либо сказать, он развернулся и ушел. Стеклянные автоматические двери захлопнулись за ним.
– Гай, подождите! – крикнула она. Но он уже не слышал ее. Она сделала было шаг к дверям. Но один из служащих предупредил ее, что машины нельзя оставлять около входа в аэропорт. И попросил ее отогнать машину на стоянку.
– Но… – но что? – Нет, ничего. Хорошо, я сейчас отгоню машину.
Что она сказала бы ему, если бы догнала? Я люблю вас?
Нет. Не сейчас. Не при таких обстоятельствах.
Других, правда, может и не быть.
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
Франческа не могла остановить слез.
Отогнав машину в гараж, она позволила себе наконец выплакаться.
Она все поняла. Вина перед Стивом, желание выполнить последнюю волю умершего были лишь поводом. На самом же деле Гай организовал этот фиктивный брак не для ее пользы, а для своей!
Для того чтобы установить контроль над Тоби, своим единственным наследником. Чтобы Франческа не могла выйти замуж ни за кого другого и лишить его наследника. Брак был самым простым и эффективным способом, чтобы не позволить ей этого сделать.
И еще Франческу мучил вопрос, что же Стивен написал в письме Гаю. Может быть, именно из-за этого письма Гай был так настойчив в том, чтобы Франческа вышла за него замуж?
И Гай купил дом, теперь он знал, где она. Она никуда не денется, не скроется из его поля зрения.
Он продумал все до мелочей! Он даже устроил перепланировку чердака, чтобы оказаться поближе к ней и ее семье.
А секс был тоже запланирован? Но почему тогда он смотрел на нее так, словно…
Никогда прежде Гай не позволял себе такого.
Отдаться желанию, страсти, перестав контролировать себя, не думая о последствиях.
Он был просто неукротимым.
Но факт остается фактом, она была так же нетерпелива и так же сгорала от желания, как и он.
Он обязан заботиться о ней. Такой уязвимой, ранимой. И в тот момент, когда она просто забылась, он не должен был позволять себе того, что он позволил.
Но она смотрела на него как будто… как будто…
Гай отмахнулся от своих размышлений. Какое теперь имеет значение, как она смотрела на него?
Он обманул Франческу, предал. Воспользовался ее замешательством. Он все потерял в один миг.
Бесповоротно. И уехал, ничего не объяснив, не извинившись. Но что он мог сделать? Сказать ей правду? Сказать ей, что он ее любит? Любил всегда с момента их первой встречи?
Франческа ведь ясно дала понять, что не хочет слышать его извинений. Она только хотела, чтобы он исчез из ее жизни. Так любезно проводила его до аэропорта. Может быть, для того, чтобы он случайно не передумал?
– Франческа?
Она не знала, сколько времени прошло. Голос Мэтти прорвался сквозь ее размышления. Она посмотрела на часы. Но какое значение имели сейчас, когда Гай улетел, минуты и часы. Главное, она не остановила его.
Она жалела о том, что проявила слабость. И что позволила ему остаться при своем мнении.
Но какой толк в напрасных сожалениях?
Она должна думать о будущем, должна много работать, чтобы выправить финансовое положение фирмы, принадлежащей Стивену.
И если Гай смотрел на нее, как на женщину, которая нуждалась в мужчине, способном позаботиться о ней, возможно, когда-нибудь он увидит ее в совершенно ином свете.
Она обязательно должна стать самостоятельной бизнес-леди, не нуждающейся в его опеке и его лжи!
– Франческа, что случилось? И где Гай?
– Он уехал, – быстро ответила Франческа.
– Но он вернется?
– Да, наверное, он вернется. Когда-нибудь…
Франческа вышла из машины и захлопнула дверцу. Мэтти неотрывно следила за ее рукой, с пальца которой Франческа забыла-таки снять обручальное кольцо.
– О, моя дорогая! Что же ты сделала?
И Франческе пришлось подробно ей обо всем рассказать. Всю правду, И когда она закончила свой рассказ, Мэтти только молча обняла ее. Не было ничего, что она могла бы сказать или сделать.
В последующие дни у Франчески не было времени на то, чтобы спокойно обдумать все, что произошло. Она была слишком занята работой на фирме. И только еженедельные звонки вездесущей секретарши Гая – Кэтрин – напоминали Франческе о существовании Гая на этой земле. А она хотела бы забыть об этом существовании, хотя это вряд ли было возможно.
Кэтрин наверняка была проинструктирована о том, чтобы постоянно проверять, есть ли у Франчески все, в чем она нуждается, и как продвигаются строительные работы на чердаке дома. Но это, скорее всего, только повод, злилась Франческа. Основная причина такого внимания ко мне заключается в том, чтобы следить за мной, а вдруг я сбегу с его деньгами и с Тоби, его наследником.
Дни сменялись неделями, недели месяцами. Гай не появлялся. Только через Кэтрин передавал подарки к Рождеству и другим праздникам. Подарки для всех, не только для Тоби и Франчески, но и для Конни и Мэтти. И все, кроме Франчески, искренне радовались этим подаркам.
Накануне Пасхи в дверь позвонили.
Франческа открыла дверь и увидела незнакомую женщину.
– Здравствуйте, – сказала та.
Франческа узнала ее по голосу:
– Кэтрин?
Франческа представляла ее другой – длинноногой, молодой блондинкой. А эта женщина была в годах и годилась Франческе в матери.
– Я могу войти? Пришлось проделать очень долгий путь, и, признаться, я немного устала… У меня есть для вас новости.
Сердце Франчески замерло от испуга.
– Вы приехали сообщить мне об этих новостях?
Что-нибудь случилось… – запинаясь, пробормотала Франческа.
